«Пермь – это будущий российский Зальцбург или Экс-ан-Прованс». Отрывки интервью с Теодором Курентзисом
Курентзис – настоящий патриот России, он руководит одним из лучших театров страны – Пермским академическим театром оперы и балета имени Чайковского, занимает важную государственную должность.
Сегодня Курентзис возвращается в Россию со щитом: позади триумфальные выступления на Зальцбургском фестивале, крупнейшем в мире, и европейское турне. Там и там Курентзис выступает с пермским оркестром и хором musicAeterna, в котором собраны музыканты из России и Европы.
Ниже приведены отрывки из интерью Курентзиса изданию Ведомости.
– Зальцбург был и остается одним из европейских культурных центров. Или новизна в том, что в Зальцбурге стало звучать слово «Пермь»?
– Зальцбург – маленький провинциальный городок, как и Экс-ан-Прованс (в этом французском городе проводится знаменитый оперный фестиваль), но они известны и существуют в поле нашего зрения, потому что отличаются собственным характером культуры. Эти города для нас примеры. Для нас – я имею в виду Пермь. В ситуации, когда все деньги сосредоточены в столице, развитие и эволюция городов, которые находятся на периферии, идет с опозданием. Это касается и технологий, и культуры. И люди уезжают оттуда, потому что видят в столицах больше возможностей. Но в то же время столицы, в течение многих лет следующие устоявшейся традиции, буксуют и не могут предложить ничего, что могло бы задать новое направление в искусстве. Безусловно, в Москве создаются замечательные вещи, но в общем контексте они пропадают. Что можно сделать? Изменить Москву или, может быть, оставить Москву и жить в провинциальном городке и делать то, что будет востребовано во всем мире. Собрать единомышленников и создать некий центр для людей, которые действительно способны сделать что-то новое и ищут способ реализовать свои идеи. Это я и называю децентрализацией: талантливые люди, которые поняли, что нечего ловить в столице, создают искусство в других городах. Таким образом, Пермь – будущий российский Зальцбург или российский Экс-ан-Прованс. Точно так же Нижний Новгород или Екатеринбург могут играть особую роль в культуре – каждый город может создать что-то уникальное. Если бы Пина Бауш жила, скажем, в Мюнхене, может быть, мы не знали бы города Вупперталь, но она руководила театром в Вуппертале, и теперь этот город знаменит.
– Ваш контракт с Пермской оперой подписан до 2021 г. Сколько времени в этом году вы проведете в Перми?
– В Перми я как работал до сих пор, так и продолжу работать. Я провожу очень много времени в Перми и вообще-то живу в Перми, если вы не знаете. Мой дом в Перми. И время, когда я отсутствую, я в основном провожу на гастролях с musicAeterna, потому что они нарасхват. Это сейчас визитная карточка Пермского края. О них знают в мире: Пермь – это musicAeterna. Когда мы в Берлине или Вене находимся с musicAeterna, мы все равно работаем на благо Пермского края.
– Новая сцена Пермской оперы строится так, как надо?
– Я считаю, новую сцену надо построить на Перми I. Пермь I – та самая часть города, откуда началось развитие города. Была индустриальная зона на набережной, где появились первые заводы. Они до сих пор существуют, но постепенно закрываются, и территория пустует. То есть самый центр города необитаем. Представляете, какой рай настанет, если эту территорию будет постепенно осваивать культура? Внутри города появится культурный городок. Город был изуродован во времена коммунизма, но на фотографиях, где он такой, каким был до революции, выглядит просто потрясающе. И сейчас есть возможность обустроить центр с учетом современной логики развития городов.
Через 100 лет вообще не будет заводов в центре провинциальных городов, они уйдут на периферию, чтобы минимизировать влияние на экологию городов. И это потрясающее пространство потихоньку освободится. Подобно тому, как при строительстве новой улицы нужно ориентироваться не на то количество машин, которое есть сегодня, а на то, сколько их будет через 10 лет, театр нужно построить не для того, что я там буду делать через пять лет, а для того, что будут делать там наши потомки через 100–150 лет. И будут говорить: какие молодцы, они предвидели то, что для нас актуально сейчас.
Источник новости: Ведомости
